Какие гарантии вы мне дадите?

— А какие гарантии вы мне дадите? – нервно, дрожащим голосом, спрашивал молодой человек, похожий на старый английский зонт. Он был сгорбленным и напряженным и от этого казался гораздо старше своих лет.

— В смысле, гарантии? – бабуля посмотрела на него поверх очков, которые, казалось она носит для солидности. Она не была совсем бабулей, в общепринятом представлении. Это была худощавая женщина, с проницательным взглядом и острыми чертами лица. Но её проницательность, даже некая настороженность, её хватка, низкий резковатый голос, создавал впечатление повидавшей в жизни гораздо больше, чем обычно женщины в её годы.

— Здесь тебе не химчистка, чтоб гарантию давать. – резко добавила она.

— Ну, а все таки. Я ведь вам не пиджак и отдаю. Вещь дорогая, ценная для меня! – не унимался посетитель.

— Вещь говоришь? Ценная для тебя? – пробасила, передразнивая, тётка.

— Ну да! Ценная! – пропищал молодой человек.

— А что ж ты с этой дорогой и ценной вещью так обращался-то, как с половой тряпкой? – вопрошала женщина, сверля его глазами.

— Как это? Почему это? – возмутился посетитель.

— Вот и я спрашиваю: Как и почему это произошло?

— Ну я, это… Да не было такого!!!

— Ну как же не было? Посмотри на эту дорогую тебе вещь, в каком она состоянии. Да и зачем тогда пришел –то сюда, вот с твоих же слов записано: «Ноги не идут, руки не держат, глаза не глядят, голова, как обручем сдавлена, и дышать тяжело, как будто в бетон замуровали…».

Мужчина опустил глаза.

— Посмотри в зеркало-то на себя: спина вон сгорбленная, как у старика столетнего, голову чего в плечи втянул, как черепаха? Позвоночник, значит, тоже не в порядке. Сердце того и гляди выскочит, я его отсюда слышу.

— И одышка ещё… – почти шепотом добавил мужчина.

—  Голос–то твой где? Чего ты мне шепчешь? Шептать надо девушке любимой ласковые слова на ушко. Девушка-то есть?

— Нет. – вздохнув сказал парень.  Да и когда мне девушку-то заводить, все время работа занимает. — оправдывался он.

— Ну, конечно! А работу то я тебе выбрала что ли? – Получается она у тебя вместо девушки! – с усмешкой добавила женщина.

— Как это? – недоумевая спросил посетитель.

— Ну как-как, как в том анекдоте:

«-Тебя работа полностью удовлетворяет?

 – А как это понять?

– Это когда ты на работу едешь, видишь красивую девушку и тебе её хочется. А с работу едешь, видишь ту же девушку, тебе её уже не хочется. Вывод – работа тебя полностью удовлетворяет!».

Так и у тебя, выбрал такую работу что она тебе не только девушку, она тебе и жену заменяет.

— Нет, я люблю свою работу – просипел он.

— Так я и говорю – работу любишь! А сюда то чего пришел?

— Как чего? Работать не могу. Голова болит так, что ничего не соображает, буквы и цифры сливаются – ничего разобрать не могу, руки дрожать стали, а у меня работа ответственная. Помогите, здоровье восстановить!

— Ах восстановить! Да еще и с гарантией! — наигранно кудахтала женщина.

— Ну да! Вы зря наговариваете, что я его не берёг. Я о своем здоровье заботился. Я не пью, ни курю, пищу вредную не ем, на вегетарианское питание вот перешел, в спортзал хожу 2 раза в неделю. – все увереннее отчитывался молодой человек.

— И нравится ему такая жизнь?

— Кому?

— Здоровью твоему?

— Ну, должна. Все же говорят, что так правильно. – смутившись ответил парень.

— Правильно, говоришь? А чего ж тогда еле ходишь?

Парень пожал плечами, вернее еще сильнее втянул голову в плечи.

— Зачем оно тебе нужно, здоровье-то?

— Как это зачем? – парень стоял в состоянии легкого ступора. Это же очевидная вещь, чего об этом спрашивать.

— Зачем тебе здоровье? – настаивала дама.

— Ну, чтобы жить! – задумавшись ответил парень.

— А ты живешь?

— Ну, да. К чему вы клоните? — парень посмотрел недоуменно, немного пришурившись.

— Да я открытым текстом тебе говорю, что при такой жизни у тебя одна ГАРАНТИЯ – быстрый исход! — отрезала женщина.

— Как это? Почему? – все еще непонимающе хлопал глазами он.

— Разве это можно назвать жизнью? Для чего ты живешь? — добивала его тётка.

— Ну, у меня хорошая работа, меня уважают… — все неуверенней отвечал парень, все больше погружаясь куда-то вглубь себя.

— Хочешь-то ты чего? Работа… — сокрушенно опустила руки женщина.

Парень молчал, как будто искал что-то внутри. Вдруг в глазах его мелькнула искра, и на лице появилась мечтательная улыбка. Он еще немного помолчал, а потом сказал:

— Я всегда хотел танцевать. и погрустнев, продолжил:-

Мне исполнилось 5 лет, в доме собрались гости и кто-то спросил, кем я хочу быть, когда вырасту. И я ответил, что хочу быть танцором. Мы танцевали с девочкой из соседнего подъезда, с которой вместе ходили в детский сад и приготовили с ней танец для гостей. Но когда я сказал об этом, отец поднял на смех моё желание, при всех, сказав, что танцоров у нас в роду не было и никогда не будет. Мне было так больно тогда. Я заплакал, а он сказал, что мужики не плачут и если я не перестану его позорить перед гостями, то я ему не сын. Я перестал плакать, но танцевать я не смог и моя подруга обиделась на меня и перестала со мной дружить. – его тело оставалось окаменело неподвижным, желваки выдавали все напряжение, которое он испытывал, в глазах блеснули слезы, но он быстро спрятал их, и продолжал:

Я выбрал мужскую профессию – инженера, как хотел отец, но отца так и не смог простить, хоть его уже и нет давно. Да и с девушками, наверное, поэтому не складывается – боюсь, что предадут. Хотя, ведь это я предал тогда свою подружку, она то была не причем. Вернее, даже не её, я себя предал, а она это чувствовала, поэтому и обиделась. И это я себя и не могу простить до сих пор. И поэтому навалил на себя эту ненавистную работу, в наказание за предательство. А отец что, он деревенский работяга, он же хотел как лучше, хотел научить меня быть мужиком и даже в секцию по боксу меня отдал. Но я там долго не выдержал, правда, защищаться научился и постоять за себя теперь умею. Только против себя это как-то не получается. Я же сам себя мордую, как себе-то противостоять? – он грустно устало улыбнулся.

— А может просто перестать мордовать? – голос женщины стал каким-то другим, мягче и спокойнее. От него повеяло теплом и принятием.

— Перестать мордовать? А это неплохая мысль.  Ведь и вправду, смысл-то в этом какой. Довел себя до непонятно какого состояния. Работа, тренажеры, это вегетарианство, не моё это всё, ничего из этого мне никакого удовольствия не приносит. Бросить всё что ли и заняться танцами?!!! На профессиональном уровне, конечно, мне уже ничего не светит, а так, для себя, для удовольствия, просто жить начать!!!

Лицо его осветилось улыбкой, в глазах блестела радость, плечи расправились и голос зазвучал уверенно и красиво и сам он как-то резко помолодел.

— Да, пожалуй, так и сделаю. Может и девушку себе найду. А с работой — сначала отпуск возьму, а потом решу, что с ней делать. Спасибо Вам!

— А «пиджачок-то» — вещь свою ценную, оставлять передумал? – с доброй хитринкой, улыбаясь, сказала женщина.

— Так уже в норме всё. Голова не болит, дышу легко, даже спина расправилась, ноги – танцевать просятся!!! И даже видеть чётче стал, зрение лучше стало. Вон напротив вижу кафе – шашлычная, пойду-ка шашлычком пообедаю, организм порадую. Здоровью моему он сейчас на пользу будет. – проговорил он уже на ходу, открывая дверь.

— А говоришь, гарантии!!! – не скрывая усмешки сказала заметно подобревшая женщина.

 

Автор: Галина Суслина

 

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *